«Залити горло»: правовые аспекты запрета ICO в Китае

Которые денежные мастеры учнут делати медные или

оловяные, или укладные денги, или в денежное дело, в серебро

учнут прибавливати медь или олово или свинец, и тем государеве

казне учнут чинити убыль, и тех денежных мастеров за такое дело

казнити смертию, залити горло.

Соборное уложение 1649 г. Гл. 5 ст. 1

 

Эмиссионная монополия (эксклюзивное право печатать деньги) является одним из неотъемлемых признаков государства. Отказ государства от такой монополии возможен лишь в случае гражданской войны или утраты суверенитета и говорит о системном кризисе такого государства. Поэтому любое правительство жестко борется с «конкурентами» в сфере денежной эмиссии, а фальшивомонетничество всегда было одним из самых тяжких преступлений в истории права.

В Китае последний случай утраты правительством контроля за эмиссией и обращением денег пришелся на конец XIX – начало ХХ века. Память о периоде «ста лет унижений» используется китайским правительством в качестве основы идеологии «возрождения великой китайской нации». Экономическая стабильность — основа национального возрождения — регулярно подвергается проверке на прочность. Так, летом 2015 г. произошел беспрецедентный для КНР обвал курсов акций на биржах страны (до 30% за две недели), повлекший девальвацию юаня на 4,6%. Биржевой кризис был приостановлен Центральным комитетом Компартии Китая и правительством страны с помощью нерыночных мер. В свете этого китайское правительство ужесточает регулирование всего финансового сектора, включая борьбу с финансовыми пирамидами, контроль за трейдингом физических лиц и т.д. Во вступившем в силу с июня этого года Законе КНР «О кибербезопасности» (ст. 31) указано, что сфера финансов наряду с энергетикой, транспортом и рядом других областей относится к числу приоритетных объектов обеспечения информационной и сетевой безопасности, а посягательство на эти ключевые сферы влечет повышенную уголовную и административную ответственность.

Важной составляющей этих мер является выпущенное 4 сентября 2016 г. Народным банком Китая и шестью другими ведомствами «Официальное извещение о мерах по предотвращению рисков, связанных с выпуском «криптовалют» в целях привлечения финансирования». В нем отмечается, что «виртуальные валюты» выпускаются не официальным эмитентом, не обладают свойствами законного платежного средства и обязательности к приему. Правовой статус официальной валюты и «криптовалют» несопоставим, поэтому последние не могут и не должны обращаться на рынке.

Во-первых, в документе прямо указывается, что привлечение финансирования путем выпуска «криптовалюты» (ICO) является незаконной финансовой деятельностью, которая может быть квалифицирована (в том числе по уголовному законодательству) как незаконная продажа наличной криптовалюты, незаконная эмиссия ценных бумаг, незаконное привлечение финансирования, финансовое мошенничество, финансовая пирамида и т.д. Так, Уголовный кодекс КНР предусматривает отдельный параграф (9 статей), посвященный финансовым мошенничествам. В частности, в ст. 192 предусмотрена уголовная ответственность за мошенническое привлечение финансирования, то есть незаконное привлечение финансирования в сравнительно крупном размере с использованием мошеннических способов в целях незаконного обогащения – наказывается лишением свободы на срок до 5 лет со штрафом от 20 000 до 200 000 юаней, а совершенное в особо крупном размере либо с особо тяжкими последствиями – может повлечь пожизненное лишение свободы. Ст. 200 устанавливает, что в случае совершения финансового мошенничества организацией, ей назначается денежный штраф, а ее непосредственно ответственные менеджеры и иные непосредственно ответственные лица приговариваются к различным срокам лишения свободы вплоть до пожизненного.

Во-вторых, начиная со дня опубликования «Извещения» запрещается привлечение финансирования путем выпуска криптовалюты, уже выпустившие ее организации и лица обязаны вернуть деньги инвесторам. Контролирующим органам предписано жестко проверять уже состоявшиеся проекты и организации, не прекратившие выпуск. Основанием для таких проверок являются утвержденные Постановлением Госсовета КНР от 13.07.1998 г. «Правила пресечения деятельности незаконных финансовых организаций и незаконной финансовой деятельности». В них указано, что

  • Незаконной финансовой организацией является организация, не прошедшая утверждение Народного банка Китая, самовольно учрежденная с целью привлечения вкладов, выдачи кредитов, проведения расчетов, выпуска облигаций, погашения векселей, финансового лизинга, купли-продажи иностранных валют и иных финансовых операций (ст. 3).
  • Незаконной финансовой деятельностью признается в том числе привлечение под любым именем финансирования от неопределенного круга лиц без согласования в установленном порядке (ст. 4).
  • Органам торгово-промышленной администрации запрещено регистрировать, а финансовым организациям – открывать счета, производить расчеты и предоставлять кредиты незаконным финансовым организациям и в связи с осуществлением незаконной финансовой деятельности.
  • Пресечением незаконной финансовой деятельности занимается Народный банк Китая – он вправе проводить расследования и проверки, информировать органы общественной безопасности для возбуждения уголовных или административных дел.
  • В свою очередь, органы общественной безопасности могут применять меры пресечения во избежание бегства подозреваемых, а также утечки капиталов и имущества – в том числе производить задержания, помещать под стражу, налагать арест и т.д. (ст. 11).
  • У незаконных финансовых организаций или организаций, занимающихся незаконной финансовой деятельностью, аннулируется лицензия (свидетельство на право ведения хозяйственной деятельности – ст. 13).
  • После объявления деятельности незаконной финансовой организации прекращенной местное правительство проводит ее ликвидацию, долги организации возвращаются за счет ее имущества, а оставшееся имущество конфискуется в доход государства (ст. 16-20).
  • Создание незаконной финансовой организации или занятие незаконной финансовой деятельностью влечет конфискацию суммы незаконного обогащения, а также штраф, кратный 1-5 размерам незаконного обогащения либо 100 000 – 500 000 юаней.
  • Предусмотрены штрафы и для банков, содействовавших незаконным финансовым организациям или незаконной финансовой деятельности.

В-третьих, запрещается деятельность криптовалютных бирж и обменных площадок по обмену одних разновидностей такой «валюты» на другую, а также на официальные валюты. Соответствующие Интернет-сайты и мобильные приложения будут отключены государственными органами, исключены из магазинов мобильных приложений, а владеющие ими компании могут быть лишены лицензии (свидетельства на право ведения хозяйственной деятельности).

В-четвертых, банкам и другим кредитным организациям запрещается обслуживание бирж криптовалюты, в том числе открытие счетов, оформление сделок, расчеты и страхование их деятельности.

Поскольку основной идеей криптовалют является их независимость от государства, эмитенты пытаются минимизировать контроль государства за их выпуском и обращением. В свою очередь, запрет эмиссии криптовалюты в Китае стал естественной реакцией государства на появление монетарных «конкурентов». Несмотря на то, что владение виртуальной валютой пока не попало под прямой запрет, и физические лица могут торговать ею на иностранных площадках (в том числе с использованием VPN), положение компаний и иностранцев куда более уязвимо. Как сообщает специализирующийся на Китае американский юрист Дэн Харрис, в последние несколько месяцев биткоин-счета иностранцев в Китае замораживаются, их китайские партнеры арестовываются за операции с биткоинами, которые квалифицируются властями как незаконное предпринимательство и уклонение от уплаты налогов.

В российско-китайских торговых отношениях криптовалюты традиционно рассматривались как перспективное средство вывода прибыли из Китая в обход жесткого валютного регулирования. Теперь этот инструмент становится недоступным – из континентального Китая криптовалюты вытеснены в «резервации» наподобие Гонконга. Предположения о том, что установленные запреты носят временный характер и направлены на обеспечение подконтрольности рынка криптовалют или поддержку выхода на рынок мощного «окологосударственного» игрока представляются выдачей желаемого за действительное и противоречат тенденциям развития законодательства и китайской политики в финансовой сфере.